Почему Турция отвернулась от США и подружилась с Россией

Почему Турция отвернулась от США

Почему Турция отвернулась от США и подружилась с Россией.
В середине июля первые российские грузовые самолеты с компонентами системы С-400 приземлились на турецком аэродроме, где уже гарантированно не приземлятся суперсовременные американские истребители F-35. Вашингтон дал понять: Анкара сделала выбор в пользу России, и теперь не только лишится новейших самолетов, но и столкнется с последствиями.

Впрочем, турецкий президент Реджеп Тайип Эрдоган вряд ли заламывает руки: нынешний конфликт стал логичным итогом нарастания взаимной неприязни между США и Турцией.

«Для меня большая честь представить вам турецкого президента Эрдогана. Он уже стал моим другом. Наша дружба великолепна. Думаю, сейчас мы близки как никогда, во многом благодаря личным взаимоотношениям», — говорил Дональд Трамп в сентябре 2017 года во время встречи на полях заседания Генассамблеи ООН.


Американский президент недоговаривал или, по обыкновению, преувеличивал: отношения между Турцией и США тогда переживали не самые хорошие времена. Достаточно вспомнить, что во время визита Эрдогана в Вашингтон в мае 2017 года его охрана напала на группу мирных протестующих у турецкого посольства в Вашингтоне.


Окончательно раскол оформился во время гражданской войны в Сирии. Турция, как кандидат на гегемонию в регионе, решила воспользоваться ситуацией и свергнуть сирийского диктатора Башара Асада. США, в свою очередь, поставили целью уничтожение окончательно оформившейся группировки «Исламское государство» (ИГ, запрещена в России).

Чтобы уважить турецкого союзника, Вашингтон предложил сделку: американские самолеты будут бомбить террористов в Сирии с турецких аэродромов, а специалисты обеих стран будут совместно готовить бойцов оппозиции для войны с ИГ. Эрдоган отказался — у него на это были три причины.

Во-первых, террористы ИГ считают курдов одними из главных врагов и истребляют их. Во-вторых, бесконечная война значительно ослабляет Сирию и позволяет Турции чувствовать себя хозяйкой региона. В-третьих, турецкий президент боится активно сражаться с «Исламским государством» — опасается, что джихадисты ответят терактами.

Чтобы не потерять лицо, Анкара предложила ответную сделку: создать бесполетную зону над севером Сирии, где действуют бойцы умеренной оппозиции, но нет ИГ. По мнению Эрдогана, там они смогут перегруппировываться и восстанавливаться без опасения попасть под удары авиации Асада.

Эта сделка удовлетворяла всем чаяниям турецкого лидера: она позволяла ему и чинить препятствия сирийскому президенту, и не провоцировать «Исламское государство» на ответные теракты. Вашингтон предсказуемо отказался. Отношения между двумя союзниками по НАТО еще больше ухудшились.

В итоге американцы, не желая ни отправлять в Сирию своих солдат, ни потворствовать местному диктатору, опираются на единственную силу, успешно противостоящую ИГ, — сирийских курдов. Те стоят насмерть, зная, что мужчин в случае поражения ждет мучительная смерть, женщин — превращение в секс-рабынь, а детей — промывка мозгов в лагерях юных джихадистов.

С помощью авиации США помогают союзникам снять осаду города Кобани, а затем начинают тренировать их силы самообороны (YPG) и поставлять им оружие. Медленно, но верно курды отвоевывают свои земли у ИГ.

При этом американцы не списывают турок со счетов и стараются к ним прислушиваться, но Анкара терпит оглушительное фиаско в городе Манбидж, который курды готовятся захватить. Увидев, что взятие города даст им возможность объединить свои кантоны в прообраз независимого государства, турки решают этого не допустить.

Эрдоган обращается к американцам и уверяет: у него есть ополчение, которое вот-вот возьмет город. Вашингтон принимает мнение союзника во внимание и ждет. Неорганизованную протурецкую ватагу, набранную из местных исламистов, быстро разбивают джихадисты. Американцам вновь приходится полагаться на YPG, которые после долгих боев берут Манбидж и включают его в федерацию курдских земель.


С Россией таких проблем у Турции нет: Москва не имеет привычки обращать внимания на нарушение прав человека в других странах, особенно если имеет с ними партнерские отношения. Кроме того, Россия сыграла значительную роль в Сирии, перекрыв протурецким группировкам маршруты поставок припасов и вооружений с территории Турции.

И, наконец, объединившись с сирийским диктатором Асадом и оказав ему значительную поддержку, Россия стала одним из значимых игроков на территории региона. Сирийское урегулирование невозможно без совместных действий России и Турции — и обе страны это, кажется, понимают.

Поэтому покупка комплекса С-400 Турцией видится вполне логичной: во-первых, она позволяет Анкаре продемонстрировать независимость от Вашингтона и завоевать благосклонность Москвы. Во-вторых, комплексы С-400 дешевле американской системы Patriot и технически более совершенны.

Но говорить о каком-то сближении, а тем более дружбе все же нельзя. Российские власти неоднократно подчеркивали, что открыты к взаимодействию со всеми странами, но не собираются связывать себя конкретными обязательствами и дружить против кого-то. Кроме того, такой формат взаимодействия подходит и Турции: претенденту на региональное лидерство подобает демонстрировать самостоятельность и оставлять пространство для маневра.

Иными словами, открытое пренебрежение интересами США для Турции сейчас столь же важно, как и взаимодействие с Россией. Причем не только для внешней политики, но и для внутренней, где Эрдоган старается выглядеть сильным и независимым политиком, поднявшим Турцию с колен.

Пока «турецкий гамбит» оправдывается: Трамп не спешит вводить санкции против Анкары и, похоже, дерзость может сойти Эрдогану с рук. По последним данным, он созвал всех сенаторов-республиканцев, чтобы обсудить, стоит ли наказывать Турцию и как лучше это сделать.

Россия же, в свою очередь, может записать в список побед успешную продажу оружия стране НАТО, подрыв единства Североатлантического альянса и расширение влияния в регионе. Полноценная дипломатическая виктория, которой на Смоленской площади по праву могут гордиться.